В одном из самых ярких моментов в британском парламенте за последнее время депутат от Истборна Josh Babarinde решил не просто поднять вопрос о судьбе местного пирса, но и продемонстрировать свою преданность этому месту — через татуировку. В ходе обсуждения в Палате общин он предложил заместителю премьер-министра Дэвиду Лэмми лично взглянуть на его татуировку с изображением Eastbourne Pier, что вызвало бурю смеха среди депутатов.
Татуировка как символ привязанности
Josh Babarinde, родившийся и выросший в Истборне, всегда подчеркивал свою связь с городом. Его татуировка — не просто рисунок на коже, а настоящий манифест любви к месту, которое стало частью его идентичности. На изображении — знаменитый пирс, который десятилетиями служил символом города, местом встреч, праздников и даже романтических свиданий.
«Я буквально имею его на себе, — сказал Babarinde, обращаясь к Лэмми. — Это часть нашего наследия, часть нашей экономики и часть меня самого». Такой подход к выражению гражданской позиции — через тело — становится всё более распространённым в современной культуре, особенно среди политиков, стремящихся показать искренность своих чувств.
Пирс под угрозой: почему это важно
За шуткой скрывался серьёзный вопрос. Оператор пирса, компания Lions Pier Ltd, получила приказ о ликвидации 12 мая 2026 года, согласно документам Companies House. Это вызвало тревогу у местных жителей, которые опасаются, что пирс может быть закрыт или даже демонтирован из-за финансовых проблем.
Babarinde запустил кампанию «Protect Our Pier», призывая к срочным мерам по сохранению объекта. Он указал, что расходы на содержание пирсов по всей стране достигли небывалых высот, и без государственной поддержки многие из них могут исчезнуть навсегда.
Реакция Лэмми и атмосфера в парламенте
Дэвид Лэмми, заместитель премьер-министра, отреагировал с юмором: «Я никогда не думал, что мне предложат посмотреть чью-то татуировку в парламенте». Несмотря на это, он признал, что Eastbourne Pier — это «любимый и иконический местный ориентир», и пообещал рассмотреть вопрос о его сохранении.
После заседания Babarinde действительно показал свою татуировку Лэмми — она находится на предплечье, что сделало момент ещё более доступным и менее интимным. Фотография этого момента была опубликована в социальных сетях и быстро стала вирусной.
Тату-культура в политике: новый тренд?
Этот случай — не первый, когда политики используют татуировки как инструмент коммуникации. В последние годы всё больше депутатов и чиновников открыто демонстрируют свои тату, превращая их в символы личных ценностей, политических убеждений или региональной идентичности.
В контексте тату-культуры это можно рассматривать как эволюцию: от скрытых, личных символов к публичным заявлениям. Татуировка перестаёт быть просто украшением — она становится частью политического нарратива, способом сказать: «Я здесь, я принадлежу этому месту, и я готов бороться за него».
Что дальше?
Josh Babarinde планирует продолжить кампанию по защите пирса, включая встречи с местными жителями и лоббирование на уровне правительства. Его татуировка, ставшая неожиданным символом движения, теперь вызывает интерес не только в Истборне, но и в Уэстминстере.
«Когда я делал эту татуировку несколько лет назад, я не думал, что она станет такой известной, — признался он. — Но теперь я не могу пройти по городу, чтобы кто-нибудь не попросил посмотреть на неё».
Этот случай показывает, как искусство тела может стать частью политического дискурса, объединяя личное и публичное, юмор и серьёзность, местное и национальное. И, возможно, именно такие моменты делают политику ближе к людям.